Гетный отыгрыш на тему романтических историй.
В сыром виде, без редакции. Это чтобы не потерять и потом пофапать пару раз, перечитывая, если кто не понял)
Прод - в комментах
Chapter one. The Neighbors***
- Черт! – сказал Майкл, споткнувшись об путающегося под ногами Джанки. Хотел было сказать «Деструктивные мои настроения не приведут к желаемому результату» или на худой конец, выматериться покрепче, но парню ведь еще и коробку с посудой желательно было не расколотить, поэтому он ограничился чертом.
Из дисков уцелел только любимый Роберто. Его-то парень и воткнул в проигрыватель, и погромче. Если ты не умеешь играть или ухо твое оттоптано медведями и прочими зверьми, это ведь еще не значит , что ты не понимаешь в красивой музыке.
На то чтобы раскидать вещи, ушел почти целый день.
Наконец, квартира приняла относительно обжитый вид и парень со спокойной совестью отправился с Итаном в бар, прихватив куртку.
Бросил мимолетный взгляд на дверь напротив – эх, надо было хоть поздороваться с соседом, кажется Рэй его зовут? Но потом решил, что успеет еще. В конце концов, до работы всего пару кварталов, и он больше не будет возвращаться так поздно. Сбегая вниз по ступеням, Майкл думал о том, что парня нужно пригласить в бар – как-нибудь. Зайду к нему, если вернусь пораньше, - решил он.
Джанки, сидя у окна, смотрел на ловящего такси на другой стороне улицы хозяина и задумчиво нюхал забытые им на подоконнике ключи.
Вернуться пораньше не удалось. Ну хотя, для кого-то два ночи может и рано.
Майклу нравился его друг – с ним было легко, он разделял взгляды парня на умеренность в алкоголе и не разделял взгляды относительно девушек. Удобно, когда представления о красоте диаметрально противоположны – Майклу обычно нравились блондинки, худенькие, миниатюрные. С типичной ангельской внешностью и неуловимой беззащитностью.
За размышлениями о блондинках парень провозился добрых минут пять, ища ключи.
- Черт, - по-утреннему повторился Майкл, растерянно проверяя карманы по третьему кругу. Ключей не было. Вздохнул, вышел на улицу. Задрал голову. И лестниц пожарных как назло нет. Не по балконам же карабкаться три этажа… Стоп! А зачем три? Вон у соседа свет горит.
Взбежав по лестнице, Майкл позвонил. Ну давай же, парень, не спи, пожалуйста. Нацепил на лицо улыбку номер шесть «Посмотри, я приятный парень, простой и открытый, и немного смущенный к тому же», позвонил еще разок и обратился к двери:
- Рэй, я – Майкл, твой новый сосед! Можно мне воспользоваться твоим балконом?
***
День был ужасным. Просто катастрофически черным, с багровыми разводами ярости и зелеными вспышками боли и обиды. Впрочем, нет, сам по себе день был очень даже не плох - по-осеннему солнечный и даже довольно теплый для ноября. Все это, конечно, было лишь плодом воображения художницы, выплеснувшееся в очередной "шедевр". Обычно Меган предпочитала рисовать что-то более натуралистичное, но сейчас душа требовала выхода негативных эмоций, чего-то экспрессивного, дерзкого, сумасшедшего. Своего рода арт-терапия. И причины для этого были очень даже весомыми. Почти год сложных, но вполне серьезных отношений закончился полным разрывом - со скандалом, хлопаньем дверей и ритуальным сожжением номеров телефонов. Впрочем... все шло именно к этому. Последний месяц отношения медленно и мучительно умирали в агонии и реанимировать их было уже бесполезно. Но что больше всего бесило - ее девушка, теперь уже бывшая девушка, предпочла ей не кого-нибудь, а этого противного немецкого зануду Ганса! Надо ли говорить, что сей факт не прибавил Меган любви к мужскому населению?
При одном только воспоминании об этой слащавой белобрысой морде, Меган в бессильной злобе добавила на холст еще несколько пунцовых разводов. Впрочем, агрессия, частично вымещеная в творчестве и не менее творческом беспорядке в квартире, постепенно сходила на нет, уступая место естественным в таком состоянии апатии, чувству одиночества и вселенской жалости к себе. Само то сейчас уютно устроиться на диване перед телевизором и предаваться терзающим душу воспоминаниям о безвозвратно ушедшей любви под какой-нибудь слезливый, мелодраматический сериал. Вообще, Меган не любила демонстрировать свои слабости, сжав зубы и скрепя сердце, выдерживая любые удары судьбы-злодейки. Но ведь даже сильным духом иногда хочется почувствовать себя маленьким, слабым и беззащитным. К тому же, никто ее не увидит в таком состоянии, а слезы... они тоже иногда помогают.
В общем, все шло по плану. День плавно перетек в вечер, Мег шмыгала носом под лирические нотки бразильского "мыла" и страстные признания некоего Хорхе прекрасной Рут, и казалось бы ничто не способно потревожить хрупкую гармонию человека с собственным горем. Однако, карты выпали по иному. На самой эпической ноте, когда Рут уже была готова дать не менее пламенный ответ своему возлюбленному, эту самую гармонию нарушил дерзкий звонок в дверь. Первая мысль "Эмма вернулась!" была сразу же отметена, как самая неправдоподобная. Впрочем, даже если и так, им больше не о чем разговаривать. Мег решила вообще не открывать, снова погружаясь в таинства бразильской любви, но звонки настойчиво продолжались, отвлекая и раздражая и без того расшатанные нервы девушки еще больше. Какого черта?! Два часа ночи! Совсем ополоумели?
Мег вскочила с дивана, готовая растерзать на кусочки посмевшего помешать ее самоуничтожению посредством слезливого фильма и пачки чипсов в столь поздний час. Да будь там хоть сам Санта-Клаус!
- Ну, что еще? - Рай резко распахнула дверь и наткнулась на весьма дружелюбное, хоть и совершенно не знакомое, лицо с глазами кота из "Шрека" и улыбкой "я тут просто мимокрокодил". - Вы кто?..
***
Соображал Майкл, к счастью, быстро.
Сперва мысленно присвистнув «вот это да», парень отметил покрасневшие глаза, покрасневший нос, фильм фоном и домашний вид – отсутствие косметики, укладки и прочих женских атрибутов. Словом, вид у девушки был злой и растрепанный. Наверняка чем-то расстроена. Однако привычного желания при виде кого-то расстроенного - поговорить, поддержать, утешить, Майкл поему-то не испытал. Ему даже знать не хотелось, что у нее стряслось, что вообще было нонсенсом.
От расстроенных пантер лучше держаться подальше, они жилетчиков едят. Мысленно же вздохнув, парень вынес он окончательный вердикт: мегера, хоть и красивая. Чтобы оставить последнюю надежду «Ну может все таки Рэй - парень, а это - его подружка?», Майкл продемонстрировал свою самую дружелюбную и открытую улыбку и протянул руку:
- Майкл Маккинни, ваш новый сосед.
Пропустим извинения за позднее беспокойство? – еще одна улыбка, виноватая. Доверительный тон, снизив голос:
- Вы хотите, чтобы я поскорее исчез? Тогда дайте воспользоваться вашим балконом.
Видя сомнение, что, в принципе, логично, заговорил снова, в шутливой форме:
- Это займет всего пару минут, а слесарь будет возиться с моим замком минут двадцать, произведет много шума, и все это время я буду торчать на лестничной площадке, раздражая вас, да еще и напрашиваться на утешающий кофе. Не смотрите на меня так, если бы я хотел вас ограбить, то уже это сделал бы.
***
Мег машинально пожала протянутую руку, с легким недоумением глядя на позднего посетителя. Нет, конечно, она совершенно не против познакомиться с новым соседом (если это он, а не предприимчивый маньяк-убийца), но обстоятельства сейчас явно не располагали для дружеской беседы и соседским обменом любезностями - настроение в хлам, на дворе ночь, а маньяк, пардон, сосед заметно не совсем трезв.
- Меган Рай, - на автомате ответила девушка, все еще пытаясь сообразить, что этому Майклу, собственно, от нее надо. Не за солью же он заскочил, в самом-то деле, как это бывает в лучших традициях семейных комедий. Хотя, кто их знает, этих мужиков, они все на голову больные. И не только на голову. Может, он и правда эксбиционист какой-нибудь.
Все это, видимо, было отражено у девушки на лице, вкупе с раздражением и начинающейся головной болью, потому как представившийся соседом парень тут же вылил на нее поток слов, объясняющих причину его появления и чего, собственно, ему надо от самой Мег. Не то чтобы это сильно упростило ситуацию, но лицо девушки вытянулось еще больше от удивления и офигения от такой наглости.
- Вы совсем рехнулись? А как вам такой вариант? Я вызываю полицию, и вы едете с ними производить шум в участок. А я тихо-мирно продолжаю отдыхать в ДВА часа ночи и не пускаю подозрительных типов в свою квартиру. Я вообще вас первый раз вижу. И, кстати, еще не известно, действительно ли вы мой сосед. Так что всего хорошего и спокойной ночи.
Меган уже собиралась захлопнуть дверь перед самым носом нахального субъекта, когда за дверью напротив послышалось мяуканье. Девушка удивленно воззрилась сначала на дверь, а потом недоверчиво посмотрела на парня, как будто это он издавал подобные звуки.
- Откуда здесь кошка?..
***
-Ну и ладно, - обиделся Майкл. Как-то совершенно по-детски обиделся. Вообще-то действительно наивно было полагать, что его действительно впустят, видя в первый раз в жизни в два часа ночи. Ладно бы если Рэй оказался парнем, а так… Женщины склонны во всех поступках мужчин видеть сексуальный подтекст. И кто только вбил в их хорошенькие головы, что мужчины - как гориллы в брачный период, хотят размножаться вообще с любой самкой вообще в любое время дня или ночи? Неправда это.
Больше всего его задел «подозрительный тип». Да лучше б его геем обозвали. Самомнению парня был нанесен сокрушительный удар, а соседка мигом представилась ему в остроконечной шляпе и с метлою в руках. Поэтому Майкл обиженно отвернулся, даже не дожидаясь окончания гневной тирады, и вытащил из кармана куртки телефон.
В конце концов, можно и у Итана перекантоваться, а завтра на работу и в пуловере пойти, ничего страшного.
- Это моя кошка, - буркнул он, листая список контактов, - Я бы вас конечно познакомил, но вы же считаете меня подозрительным типом..
И еще добавил зачем-то:
- Вот я бы вам помог, если бы это вы забыли ключи, а я бы все равно не спал, смотрел .. эээ.. Секрет Тропиканки.
Сердиться долго Майкл никогда не умел. Он опять включил шутливую свою манеру общения. Он не поднимал от телефона взгляда, не смотрел на девушку. Но в голосе улыбка чувствовалась явственно.
- И я бы, скорее всего, не стал бы принимать благодарность в виде бесплатного приема своего нового соседа-психотерапевта. Или нескольких.
***
То ли наличие третьего участника шоу, а именно кошки, повлияло на исход ситуации, то ли по-детски обиженное лицо парня этому поспособствовало, а может его шутливый тон разрядил обстановку, но раздражение и неприязнь стали постепенно улетучиваться, сменяя гнев на милость и оставляя легкое чувство неловкости.
- Мне не нужен психотерапевт, - буркнула Мег, красноречиво шмыгнув носом.
Хотя в голове тут же промелькнула мысль, что это в общем-то не плохая идея. Нет-нет, не потому что она купилась на предложение халявного приема "или нескольких". Если уж она и решится на подобный шаг, то ее доктором будет точно не этот сумасшедший. Просто на фоне всех треволнений последних дней и общего эмоционального состояния, это действительно могло бы окзаться необходимым, ну или, по крайней мере, не лишним.
- Я не забываю ключи, и это... "Во имя любви", - добавила она, уже скорее чисто из вредности. - В смысле... сериал так называется.
Захлопывать после этого дверь было бы уже как-то неприлично и глупо, да и парень, вроде, действительно не похож на маньяка или грабителя. В принципе, его даже можно назвать милым, если не брать во внимание нелепость ситуации. Вполне возможно, познакомься Мег с ним при других обстоятельствах, она бы сказала, что у нее замечательный сосед. Хоть и мужик.
- Ладно... спасайте свою кошку, - после минутного колебания, Мег все-таки отошла в торону, открывая дверь пошире и пропуская "потерпевшего" в свое жилище.
В общем-то, наличие кошки действительно явилось решающим фактором в принятии решения. Каким бы идиотом не был ее хозяин, животное в этом не виновато и не должно мучиться от голода и чувства одиночества.
- Балкон вон там, - кивнула она в сторону стеклянной двери, прикрытой голубоватой тюлью. - Только цветы мне не помните... да и сами не грохнитесь. Тарзан, блин...
***
Парень расплылся в счастливой улыбке.
- Спасибо, Мэг, - Открыл было рот, чтобы сказать «А ты не такая уж и мегера», но вовремя прикусил язык.
Чувствуя некоторую напряженность девушки, какую-то болезненную напряженность - ну вот примерно, как огрызается обиженный ребенок, когда его находят в каком-нибудь углу. Только этот ребенок был побольше и изо всех сил делал вид, что все у него в порядке. Майкл вообще и половины вещей, которые хотелось бы, не озвучил. Например: «Фу, ну и бардачище, у тебя Мамай прошелся? Да ладно, шучу я, уютно у тебя» или хотя бы «А я думал «Во имя любви» смотрят только старые тетки-домохозяйки в бигудях. Где твои бигуди?». Даже на «Мне не нужен психотерапевт» не стал иронизировать «Всем нужен психотерапевт». Вместо всех этих веще Майкл сказал только:
- Спасибо, Мэг, - и прямиком направился к балкону.
Декоративные решетки были не слишком удобны, но достаточно низки, чтобы без особых усилий перебраться на свой балкон.
Услышав позади себя явственный звук расколотого чего-то, посмотрел вниз, мысленно ворча о чокнутых бабах и о том, зачем им цветы в ноябре. Так и есть, керамическая фигня отвалилась и треснулась на асфальт.
Майкл поспешил убраться, не попрощавшись.
Через пятнадцать минут, когда, по всем расчетам юного светила психологической наук, Мэг должна перестать хотеть сломать ему нос, снова позвонил в ее дверь. Кот меланхолично свисал с одной руки.
- Это Джанки. Он говорит тебе большое спасибо. Что? А. А еще он заставил меня извиниться.
***
Нет, ну она та к и знала, что нормально все не пройдет. Обязательно что-нибудь сломается или разобьется. Хорошо еще, что это все же просто цветочный горшок, а не сам горе-сосед. Остается надеяться, что такой способ передвижения не войдет у него в привычку, и он не разнесет окончательно весь балкон. Хотя, следующего раза точно не будет - она просто его не пустит, даже ради кота.
Ругаться уже не было ни сил, ни желания, да и толку от этого было чуть - горшок не вернешь, настроения не поднимешь, поэтому девушка мысленно махнула рукой на беспорядок, на соседа и вообще на весь мир, собираясь наконец-то пойти поспать. Благо, время уже давно заполночь, а завтра, между прочим, на работу. Мало того, что лицо опухло от слез, так еще и не выспится.
Но видимо, кто-то в небесной канцелярии, заведующий личными делами Меган Рай, решил, что это будет просто не позволительная роскошь в свете прошедшего дня, потому что, едва Мег двинулась в сторону спальни, по дороге стягивая майку, как кто-то снова позвонил в дверь.
- Ну, что на этот раз? Захлопнулась дверь у соседа снизу? - пробурчала она, снова распахивая дверь.
Наличие за ней все того же Майкла почему-то не удивило Меган. Девушка уже хотела сказать что-нибудь язвительное, а заодно и разбитый горшок припомнить, но взгляд ее упал на пушистое создание в руках психотерапевта, и все обиды отошли на второй план.
- Привет, Джанки. Не повезло тебе с хозяином, да?.. В следующий раз сам перебирайся ко мне через балкон. Я тебя покормлю и составлю компанию. По крайней мере, ты уж точно ничего не разобьешь и не сломаешь, - девушка все же не удержалась от шпильки, при этом даже не глядя на парня, отдав все свое внимание его питомцу.
***
Сосед тоже старался не смотреть на девушку. Это было бы во-первых, бестактно, во-вторых, чревато. Ведь с женщинами как? Посмотришь на любезно выставленные..эээ.. прекрасные стороны личности, замечательно просматриваемые в декольте, или в коротких узких юбках, и вот – ты тут же записан в хамло и извращенцы. И все, что ты бы ни сказал и ни сделал после этого будет расценено как в попытки свести общение к очень близкому знакомству. Вот она, великая и прекрасная женская логика. Вина ли мужчин, что прекрасные внутренние стороны личности им сложнее рассмотреть за прелестями внешними? Сами ведь провоцируют.
Вот и сейчас - прекрасная соседка открыла дверь без майки.
Ведь провокация же? Только вот в этом случае Майклу, похоже, явственно намекнули, что это «рассеянность», и его как мужчину здесь никто не воспринимает. Ну, тем лучше.
Майкл сделал вид, что ничего не заметил, и это у него прекрасно получилось.
- Джанки очень рад с тобой познакомиться, - кот вел себя очень сдержанно, вежливо снося ласки и даже ответив на приглашение, махнув хвостом.
- А еще он попросил все же дать тебе визитку - ну, вдруг надумаешь, - Майкл протянул белый прямоугольник. На нем значился как положено, адрес, телефон приемной и его личный.
- А теперь давай Джанки, попрощайся.
Кот милостиво махнул хвостом и лаконично мяукнул.
- Спокойной ночи, Мэг. Приятно было познакомиться, - добавил парень "от себя", открывая свою дверь. Ключами.
А ты не такая уж и мегера.
Chapter Two. SoulcuringДни шли за днями. Монотонные, рутинные, скучные... Дом, работа, дом, студия, дом. Развлекаться не хотелось, веселиться тем более. Все свободное время Мег посвящала рисованию или самокопанию под лирическую музыку. Все-таки разрыв отношений сильно отразился на ее внутреннем эмоциональном состоянии, вгоняя с каждым днем все больше в глубокую депрессию. Даже какие-то мелкие происшествия, наподобие необычного знакомства с новым соседом, не могли надолго вырвать девушку из этого состояния.
Кстати, о соседе. С того злополучного вечера они так больше и не виделись. Иногда Мег слышала, как он возвращается с работы домой (или еще откуда-нибудь), звеня ключами и приветствуя Джанки. Но выйти и по-соседски поздороваться у Мег не было никакого желания. При других обстоятельствах она бы так и сделала, но сейчас ей хотелось укрыться от всего мира и никого не видеть. Все изменил очередной телефонный звонок старого друга Стивена. Правда он, в связи со своей нетрадиционной ориентацией, предпочитал, чтобы его звали Стиви, но это уже мелочи.
- Ты не можешь похоронить себя заживо. Ты должна куда-нибудь ходить, как-то развлекаться. Покажи ей, что счастлива без нее.
- Я ничего не хочу, Стиви. Меня и так все устраивает...
- А меня нет! Как твой друг, я настаиваю, чтобы ты взяла себя в руки и перестала хандрить. Хочешь, я посоветую тебе отличного доктора?
- Нет, не надо. Я сама справлюсь со своими проблемами...
- В этом вся ты - все сама... Он замечательный. Он поможет тебе. Ну, пожалуйста! Один разочек - ради меня! Если не понравится, дашь мне в лоб за плохой совет.
- Ладно... Как его зовут, твоего чудо-доктора?
- Майкл Маккинни.
Меган не верила в исцеляющую силу психотерапевтов. В конце концов, никто не знает человека лучше, чем он сам, а следовательно только он может решить, что для него правильно и хорошо. Да и что можно сказать лекарю душ? С простым доктором все понятно. Заболело в конкретном месте, тебе выписали конкретное лекарство - все счастливы, все довольны. А тут? "Доктор, я ненавижу людей. Можно, я кого-нибудь убью?"
Однако, не смотря на весь свой скептицизм и недоверие, Мег все же записалась на прием. В конце концов, с нее не убудет, зато Стив перестанет зудеть под ухом, да и... чем не способ развеяться?
- Проходите. Доктор Маккинни сейчас подойдет, - довольно милая секретарь проводила Мег в уютный кабинетик с легким сумраком задернутых штор и ненавязчивым ароматом чего-то травяного.
- И зачем я только сюда приперлась?.. - пробормотала Рай, усаживаясь на край дивана в ожидании врача.
***
Ждать пришлось совсем недолго – через минуту за дверью рассмеялась девушка-секретарь:
- Спасибо, мистер Маккинни.
- Брось, Долорес, - ответил знакомый голос.
Парень, вошедший в кабинет, на доктора был не слишком похож. Вернее, совсем не похож. Во-первых, вид у него был не слишком представительный – вместо брюк - джинсы, вместо костюма – только белая рубашка, да еще и рукава закатанные до локтей. Во-вторых, в руках у парня было два биг мака, один надкусанный.
- Привет, - улыбнулся он, - Хочешь? – протянул девушке целый.
- Это хорошо, что ты пришла. Я рад.
Подошел к проигрывателю, поковырял диски.
- Какая музыка тебе нравится, Мэг?
Затем сел, но только не в свое кресло – стол вместе с ним вообще стоял в углу, по всей видимости, им редко пользовались – док выбрал диванчик напротив.
Почему-то он не заходил к соседке, он ведь специально для нее купил несколько цветочных горшков. Но отдавать не стал. Они до сих пор так и остались у него в коридоре. Терпеливо ждали, когда Майкл соблаговолит отнести их, а потом махнули видимо на него рукой и окончательно потеряли благопристойный вид. Не без помощи Джанки кстати.
В общем, Майкл не стремился, против обыкновения, сдружиться с соседкой – интуитивно чувствовал, что сейчас ей нужно некоторое время побыть одной и не дергал ее.
А теперь вот она – собственной, чуток напряженной персоной.
Жалел, о том, что так этого и не сделал – она пришла, а значит, помощь ей все-таки была нужна. Пару мгновений помолчал, сопоставляя факты, все, что знал. Вместо долгих прелюдий и вопросов вокруг да около, парень, рискуя рассердить, высказался в лоб:
- Слишком тяжелая потеря, потому что ты не думаешь об этом человеке. Ты не отпускаешь, и ты замыкаешься. Не спорь, док здесь я.
Пожалуйста. Расскажи самое лучшее. Это очень интимно – твои воспоминания. Я понимаю. Но ведь. Кому–то тебе нужно рассказать.
Почему бы мне не быть кем-то? Майкл, по большому счету, случайный человек, не займет в твоей жизни много места.
Поэтому расскажи мне и спокойно пойдешь дальше.
Как вы познакомились?
***
Уютная, располагающая к интимным разговорам атмосфера, дружелюбный, приятный собеседник, которого с натяжкой можно назвать врачом, непринужденность, сквозящая во всем его облике, начиная с неофициального "прикида" и заканчивая всученным в руки гамбургером - все это должно было расслабить, настроить на нужный лад дружеской беседы по душам, создать обстановку разговора не врача и пациента, а скорее случайных попутчиков или, наоборот, близких друзей.
Что же, по всей видимости Майкл знал в этом толк, не зря же Стиви его так нахваливал. Впрочем, это стандартный психологический прием, ничего сверхнеобычного или волшебного. Удивлял лишь тот факт, что он с такой легкостью определил суть проблемы. Девушка постаралась вспомнить, говорила ли она об этом при нем? Кажется, нет... Что же, это дает еще один плюс Майклу, как профессионалу своего дела.
С другой стороны, Меган самой будет трудно переступить через себя, чтобы раскрыть душу совершенно незнакомому человеку. Не важно, что этот человек лазил по ее балкону в два часа ночи и видел ее в неглиже. Это совсем другое. Сейчас он, как опытный хирург, пытается вскрыть засохшую корочку раны, чтобы вычистить оттуда гной и заразу, промыть, залечить и дать возможность зажить чисто и красиво, не оставляя шрамов. Теоретически должно помочь, но практически... Очень сложно решиться сделать первый шаг.
Мег рассеянно посмотрела на бигмаг в своих руках, затем подняла взгляд на Майкла, который, как ни в чем не бывало, уплетал свой.
- Я... Она была моей натурщицей, - наконец проговорила девушка. Первые слова давались с трудом, но с каждой минутой говорить становилось все легче. Память услужливо выставляла перед внутренним взором картинки недавнего прошлого.
- Мы познакомились по объявлению, которое я давала, чтобы найти себе модель для творчества и оттачивать свое мастерство... Эмма подходила идеально. Она могла долго удерживать любую, самую сложную позу, не стеснялась обнажаться и у нее красивое тело... Поначалу мы занимались в студии, но потом она все чаще стала позировать у меня дома. Мы сблизились, сдружились... А потом, как-то незаметно ля самой себя, я поняла, что... люблю ее, - Меган снова замолчала, не поднимая взгляда на психотерапевта. Воспоминания больно резали душу, и вновь появилось желание закрыться, спрятаться в своей конуре.
***
Док слушал внимательно, сочувственно поднимая брови.
Но – некоторую напряженность все-таки скрыть не смог.
И очень сильно надеялся, что Мэг не догадается об истинной ее причине.
Мысленно Майкл испинал всю мебель кабинете.
Неприятное такое открытие, потому что… досада? Именно.
Это что-то вроде эффекта запретного плода – когда можно не надо, надо, когда нельзя.
Человеческие души - материя тонкая, и Майкл, конечно же, отмел собственные переживания на задний план. Это, в конце концов, знатное свинство – желать о том, что соседку не интересуют мужчины в то время как она обнажает душу. Кроме того, как и всегда с ним происходило, парень не мог смотреть на вещи объективно, чисто с хирургической стороны. Он сопереживал, и люди это всегда чувствовали.
Поразочаровываться в жизни можно и потом.
Абстрагируясь от умных терминов, вердикт парень вынес примерно следующий – как и всякий художник, скульптур или писатель, как любой служитель искусства короче, отдающейся своему делу, который именно душу вкладывает свои творения, Мэг наверняка очень любила их. Осталось разобраться, действительно ли девушка любила Эмму или все-таки образ, который она сама создала на холсте. И в своей голове. У дока было много вопросов, но тропиться было нельзя. Он слушал, улыбался девушке и постепенно задавал в перерывах вопросы.
- Эй, Мэг, - улыбнулся он, - а ты любила до этого?
- Понимаешь, - опустил взгляд, - мне кажется, что я никогда не любил – по-настоящему, как это бывает. Поэтому… Расскажи мне – каково это. Что ты испытывала? Что это – любить?
- Прикрой глаза. Расскажи мне про самое светлое воспоминание, связанное с ней.
- Мне кажется, на сегодня достаточно. У меня есть к тебе домашнее задание. До следующего приема – до пятницы, ты будешь, как бы тебе ни было тяжело, вспоминать о ней каждый день. Но ты будешь вспоминать только хорошее.
И ты запишешь это для меня.
Для меня предпочтительнее всего - видеодневник, но ты можешь делать так, как тебе хочется.
Если тебе удобно – то можешь делать это привычным способом - ручкой.
Можешь писать мне - вот мой почтовый ящик. В любое время.
Можешь завести дневник, и непременно дать мне адрес своего блога.
Если понадобится - ты знаешь, где меня найти. В любое время.
Ну. До встречи, Мэг. И знаешь что? Я правда рад, что ты пришла.
***
Удивительно, но становилось действительно легче, хоть и не хотелось вновь ворошить прошлое, надежно утрамбованное на чердаке подсознания. Майкл слушал очень внимательно, не перебивал, не зевал, не чиркал что-то в блокнотике. Он действительно слушал, сопереживал, и это чувствовалось, читалось во взгляде и мимике, в редких наводящих вопросах, мягко подталкивающих разговор в нужное русло, в искренней улыбке. А потому хотелось рассказывать дальше и дальше, не боясь быть непонятой или осмеянной.
Светлые моменты? Конечно, были. И гораздо больше, чем негативных. Но так уж устроен человек, что в первую очередь он помнит собственные обиды и переживания, отдаляя то, что когда-то приносило ему радость. Наверное, в этом есть смысл - отпустить человека, помня о нем только хорошее. Ведь ненависть, порой, держит крепче, чем любовь.
Любила ли она Эмму по-настоящему? До того, как Майкл не затронул этот вопрос, Маган казалось, что да. Нет, это было далеко не просто увлечение. Чувства были - сильные чувства, настоящие... Но была ли Эмма той, у ног кого Мег готова была сложить весь мир?
В общем, как и предполагала девушка, посещение психотерапевта, скорее, еще больше запутало ее и внесло сумбур в, казалось бы, такую упорядоченную жизнь. Всколыхнуло болото ее апатии, поднимая на поверхность со дна души весь ил и мусор, в попытке найти в этой мутной воде зерно истины… Вести дневник – пожалуй, хорошая идея, чтобы упорядочить собственные мысли и жизнь. Наверное, все же стоит сказать спасибо Стиву и… Майклу тоже.
- Спасибо, Майкл. Знаешь… я тоже рада, что пришла. И… можешь в следующий раз воспользоваться моим балконом, - Мег улыбнулась и отдала парню так и не распакованный бургер. – До пятницы.
Дни до пятницы пролетели незаметно. Мег была полностью погружена в работу, но и не забывала про домашнее задание, данное ей Майклом, прилежно записывая по вечерам на камеру свои излияния о жизни с Эммой. Так что к следующему приему у Мег уже был готов диск с рассказами, которые она торжественно вручила доктору.
- Ты действительно будешь это смотреть? – в глубине души девушка надеялась, что все же нет. Что это просто очередной психологический прием, чтобы разбередить ее память, а на самом деле диск полетит в кучу таких же не смотренных.
С другой стороны, она бы удивилась и, наверное, даже обиделась, услышь на свой вопрос «нет». Просто на диске было пару ляпов, на которые – Мег очень надеялась – док не обратит внимание, но ради которых девушке было лень переписывать все заново.
***
Во время пятничного приема с утра пораньше док выглядел не слишком свежим и счастливым - потрепанный вид, но улыбка та же – открытая, приветливая.
Забросил стянутый галстук на спинку стула и извиняющееся поморщился. Видимо, неплохой у него был накануне вечер.
- Это? Смотреть? - скорчил пренебрежительную мину, - конечно нет, ты что смеешься?
Я выложу это на youtube.
Или продам какой-нибудь писательнице бульварных романов.
Конечно много с этого не поимеешь, - задумчиво покрутил диск, вздохнул: - но на театр например хватит. Так и быть, я поделюсь с тобой выручкой.
Как ты относишься к Бродвею?
Например, Stephen Sondheim, завтра, семь.
Любопытно. Он вообще не собирался приглашать Мэг куда-либо. Просто подчинился мимолетному порыву-пожеланию. но чем спонтанней идея, тем она лучше, верно?
- Ну а теперь - экзекуция, - улыбнулся он, кивая на кресло. Помолчали пару секунд, прежде, чем Майкл поднялся:
- Может пройдемся?
Пройтись светило психотерапевтической науки изволил до маленького скверика.
В будний день он был почти пуст за исключением парочки счастливцев-обитателей даунтауна, занимающихся дневной пробежкой.
В нескольких метрах люди опаздывали, созванивались, спешили, ехали... Обычная суета. Здесь, на замерзшей лавочке, был островок покоя. Как будто невидимый для остального мира.
Давай, солнышко, это еще ведь не все. Сегодня мы будем резать. Майкл покрутил в руках пластиковый стаканчик с латте, шедший паром и спросил, глядя в сторону шумной улицы:
- Расскажи, почему вы расстались.
И в очередной раз понял. Ему действительно было не все равно.
***
Идею Майкла где-нибудь прогуляться Меган с радостью поддержала. Как бы уютно не было в кабинете доктора, как бы он не располагал на дружеское, непринужденное общение, все же на свежем воздухе было гораздо комфортнее. Это окончательно стирало грань между врачом и пациентом, ставя их на одну планку просто хороших приятелей.
По крайней мере, Мег стала воспринимать Майкла именно так, не задумываясь особо, что этому поспособствовало - статус соседа или его искреннее участие и желание помочь Мег в ее проблеме. С ним было легко и просто, и первое впечатление "подозрительного типа" и нахала давно стерлось, ненавязчиво вытесненное непринужденным юмором и обаянием парня.
Сходить на Бродвей? Почему бы и нет? Интересно, он всем своим клиентам делает такие предложения, в качестве дополнительного сеанса терапии или просто пытается наладить контакт с соседкой? Впрочем, это ведь не принципиально. Завтра в семь она свободна.
Такие сеансы в "полевых условиях", как девушка мысленно окрестила их прогулку, на ее взгляд имели больший успех и пользу, как для пациента, так и для врача. Хотя, не смотря ни на что, Мег не воспринимала Майкла именно как своего доктора, скорее как приятеля, с которым можно поговорить по душам, сидя вот так с чашкой кофе в руках в тихом скверике и наблюдая за неспешно прогуливающимися по аллейке голубями.
Легкий ветерок холодил щеки, но все равно было приятно променять душный кабинет на свежий морозный воздух и греть ладони об нагретый пластик стаканчика. Но еще приятнее было ощущать, как постепенно отпускает, рассеивается гнетущая тоска, уступая место для чего-то нового и обязательно хорошего в жизни Меган.
- Почему расстались? - Мег помолчала, словно собираясь с мыслями и снова вытряхивая из антресолей памяти уже слегка покрытые пылью воспоминания месячной давности.
Это была, пожалуй, самая трудная часть их терапии, так не хотелось вновь переживать неприятные моменты, ворошить прошлое и расковыривать зажившие раны. Но, на удивление самой себе, Мег лишь слегка пожала плечами, словно рассказывала не о своей жизни, а сюжет какого-нибудь фильма.
- Эмма изменила мне. С мужчиной. Но я простила ее... И, видимо, зря. Она все равно продолжала к нему бегать, пока не ушла насовсем, - девушка брезгливо дернула уголком губ и чуть сильнее сжала стаканчик с кофе, что говорило о внутреннем напряжении.
- Что у он мог ей дать такого, чего нет у меня? Член между ног? - Мег раздраженно фыркнула и посмотрела на дока. И только потом до нее дошло, что Майкл, собственно, тоже является носителем того самого члена. Девушка неловко улыбнулась и снова отвернулась, продолжая теребить несчастный стаканчик. Помолчали немного.
- Скажи, Майкл... Ты говорил, что никогда не любил по-настоящему... А что значит для тебя "по-настоящему"? Чем это "настоящее" отличается от того, что у тебя уже было?
***
Не смотря на смущенный вид девушки Майкл не мог удержаться.
- Нууу, знаешь ли!
Расхохотавшийся док даже, похоже, не заметил, что плеснул кофе на штаны. Смеялся он долго и со вкусом. Наконец сумел проговорить:
- Иметь член - это еще, между прочим, не самый страшный недостаток!
Впрочем, быстро взял себя в руки. Немного помолчали.
Но вопросы не иссякли, конечно – как в прошлый раз.
- А что она сказала? Ну, по этому поводу. Дело может и не только в… этом. Может химия у нее пошла. А может - знаю, неприятно, но может ведь и так статься, что она и не воспринимала тебя так, как ты ее.
Неискренность всегда хуже всего – в его работе. Как это ни прискорбно, парень не мог быть неискренним и говорить не то, что думает.
- Вряд ли она действительно любила тебя, если ушла к нему.
- Эй, - чуть ощутимо пихнул в плечо тыльной стороной ладони.
Это не значит «Жизнь несправедлива» или «вот коварная натуралка». А значит это - отпусти ее.
Как на счет порадоваться за нее и начать уже жить для себя, мисс Чем-я-хуже-мужчины.
Кстати, ты ненавидишь всех нас или некоторых особенно? И за что? Тебя какой-то еще обладатель самого страшного из недостатков чем-то сильно обидел или только этот?
Мэг умела удивлять. Это был такой редкий случай, когда кто-то из пациентов задавал вопросы ему. В смысле, личные вопросы. Да еще такие.. правильные?
Немного помолчал. Отшучиваться «Док здес я», кончено же, не стал. Когда требуешь от людей откровенности, разве имеешь право не отвечать тем же?
- Мм.. Ты никому не расскажешь? , - хитро улыбнулся, как в детстве, типа, собрался доверить секрет. Хотя, так оно по сути и было. Такой уж он был человек – шутливым тоном говорил порой совсем не шутливые вещи.
- Нет, я не думаю, что любил, хоть и не знаю, что это такое. Это как оргазм – описать проблематично, но не заметить сложно.
Просто… мне никогда не хотелось быть с кем-то... Все время. Нет, мне было хорошо, хотелось просыпаться с той или иной девушкой. Меня интересовали их мысли и чувства – даже тех, с которыми я потом никогда не виделся.
Кто-то из них говорил даже, что я отдаю частичку души.
Но никому из них мне не хотелось отдавать ее целиком.
Ты можешь посчитать это свободолюбием и прочим и будешь отчасти права. Но я действительно не встретил той, которая мола бы занять всю мою жизнь.
Только не говори мне, то я не там ищу и мне нужно обратить свой взгляд на.. таких же ущербных обладателей членов.
***
Реакция Майкла повеселила Меган. Конечно, мужчины всегда так болезненно относятся к своему достоинтсву. Холят и лелеют его, и очень обижаются на нелестные слова в их адрес. Впрочем, ничего такого Мег и не сказала, но то, что док воспринял это с юмором, было ему только в зачет.
Девушка не удержалась и сама рассмеялась. Это как-то сразу автоматически снимало неловкость и скованность за глупые слова и... извиняло ее, что ли. С ним вообще было на удивление легко. Мег еще раз удивилась, насколько комфортно она чувствовала себя рядом с, по сути, мало знакомым человеком, насколько просто ей раскрывать перед ним душу и говорить о самом сокровенном. Конечно, хороший психолог должен быть именно таким, располагать к себе людей, находить общий язык с каждым.
Но здесь чувствовалось что-то еще. Вернее, не чувствовалось фальши, того профессионального интереса, что обычно сквозит у докторов сквозь вежливую улыбку и вопросы о самочувствии. Майклу действительно было интересно, он действительно сопереживал и... это не могло не цениться. Так же, как не могла не оцениться и его откровенность. Сейчас, на какое-то время, они как будто поменялись ролями, и Майкл делился с ней мыслями, которые, Мег была уверенна, он не говорил никому.
Девушка слушала его очень внимательно, пропуская через себя каждое слово и проецируя их на ее отношения с Эммой, пытаясь понять, подходит ли определение дока о "настоящем" ей самой, к тому, как она сама видела этот вопрос. А хотела ли она быть с Эммой... все время? Хотела ли отдать ей всю душу целиком? Заполнить ею всю свою жизнь?... Или в ней сейчас говорит оскорбленной самолюбие и какая-то детская обида, когда игрушку отнимают до того, как успеешь с ней наиграться?
Мег погрузилась в себя, в свои ощущения, но последние слова дока снова заставили ее улыбнуться. Видимо, ее фраза о члене, все-таки задело его мужское самолюбие.
- Перестань. Извини, если обидела тебя и... твоего друга, - девушка коротко хохотнула, кинув лукавый взгляд на парня.
- А знаешь, может ты и правда не там искал? Думаю, Стиви захотел бы познакомиться с тобой поближе. И нет, я не ненавижу мужчин. Есть отдельные индивиды. Но это скорее зависит от самой личности, а не от половой принадлежности... Просто с женщинами мне как-то комфортнее.
- А вообще, я хочу сказать тебе спасибо, - Мег продолжала улыбаться, но взгляд ее стал серьезным. - За все... За помощь, и за... откровенность твою. И даже за эту прогулку. Мне, действительно, стало легче и спокойнее, и... безразличнее, что ли.
Девушка чуть прищурилась, рассматривая своего собеседника, и постепенно ее взгляд становился все более заинтересованным, загорался какой-то творческой идеей. Она смотрела на него сейчас не как на доктора, не как на друга, и даже не как на мужчину. Это был взгляд художника, по достоинству оценившего красоту сидящего перед ним человека, модель. К тому же, Мег действительно была благодарна Майклу за помощь и хотелось сделать в ответ что-нибудь приятное, по-соседски.
- Слушай! А давай, я нарисую твой портрет, а?
CHAPTER THREE. PATTERN OR PARTNER?***
Clue number one was when you knocked on my door
Clue number two was the look that you wore
N' that's when I knew it was a pretty good sign
That something was wrong up on cloud number nine. (с)
Clue number two was the look that you wore
N' that's when I knew it was a pretty good sign
That something was wrong up on cloud number nine. (с)
- Почему Брайан Адамс?
Майкл перестал смеяться, поставил бокал с апельсиновым соком на пол и, вместо того, чтобы изображать томного Адониса ну или каким он там должен быть, весенним вроде, принялся петь. Душевно так, жестикулируя, двигая плечами и совершенно не попадая в ноты, диктованные старым проигрывателем. Проигрыватель был действительно стар – старше Майкла и Мэг, вместе взятых наверное. Неизвестно, где Майкл откопал его, но, похоже, что получил в наследство от деда-хиппи, а к нему и пластинки. А теперь вот проигрыватель перекочевал в квартиру к Мэг, все равно его хозяин большую часть последней недели торчал здесь.
Это было объяснимо: Мэг оказалась весьма приятной собеседницей, умной, с прекрасным чувством юмора, хоть и иной раз совсем неженским. Кроме того, она стала чем-то вроде лучшего друга, который прекрасно понимает тебя, с которым можно пить пиво и разговаривать о девушках, но при этом в красивой оболочке. Но и по большей части конечно же - потому что с ней было легко. Большинство ведь именно за это любят или не любят общество тех или иных людей. Майкл не был исключением. Можно было дурачиться не стесняясь. Можно было быть сто процентно собой.
- А потому что мне эта песня нравится.
Ну брось ты, я вот для тебя разделся, хотя портрет, между прочим, этого не предусматривает!
Вообще удивительно, как он на это согласился.
Когда после предложения попробовать со Стиви и весьма миленького заявления «Я ненавижу не всех мужчин, а только некоторых» девушка хитро прищурилась, Майкл уже знал, что она скажет: «А ты хороший парень, хоть и мужчина».
И в очередной раз ошибся.
- Нуэмэ?, - промычал он тогда идиот идиотом.
- Ты меня что? Нарисуешь?
Воспринял как шутку. Конфетным красавцем парень себя никогда не считал - знал о своей привлекательности, но чтобы в модели идти? Отказался, отмахнувшись "Да брось ты, Мэг".
И вот на тебе пожалуйста, спустя всего лишь неделю позирует как миленький в режиме ню.
***
Вот так как-то незаметно и легко отношения Майкла и Меган перешли из режима доктор-пациент в режим "хорошие соседи, веселые друзья". Сеансы терепии, как-то само собой, перекочевали в уютные кафе, тихие скверики, а чаще всего у Мег дома. Да и сеансами это назвать уже было трудно - скорее просто дружеский треп, перемешанный с дурачеством и сплетнями. Это происходило так просто и естественно, что порой девушке казалось - они с Майклом знакомы вечность. Они понимали друг друга с полуслова и полувзгляда, и потому Мег не составило труда уговорить соседа позировать не только для портрета, но и для чего-то более масштабного.
Почему-то художнице он виделся именно так - обнаженным, в антураже шелковых подушек и с бокалом вина. Впрочем, сейчас в руках у него был всего лишь апельсиновый сок. Небольшой перерыв - минутка отдыха для творца и его модели - и вот он опять дурачится, фальшивит песни и пританцовывает, ничуть не смущаясь своей наготы. Мег рассмеялась и махнула рукой.
- Ладно, пусть будет Адамс. Хотя, я бы предпочла что-нибудь повеселее. Но ты у нас романтик, да?
На самом деле, она ничего не имела против лирических балад, но сейчас и правда хотелось чего-нибудь эдакого, шубутного, веселого. Под стать зимнему солнышку, заглядывающему в окно, или гоняющего по квартире мяч Джанки, который, кстати, тоже стал частым гостем, как и его хозяин. Мег отложила краски и с удовольствием потянулась, разминая затекшую спину.
- Думаю, еще немного и на сегодня хватит, пока освещение подходящее.
Тут художницу посетила новая идея, и она горящим взором уставилась на парня.
- Слушай! А ты не плохо бы смотрелся на ночном фоне, и звезды над головой... Или нет! Лучше свечи, и ты такой, утопающий в багровом покрывале. Или можно...
Бурную фантазию Мег прервал звонок в дверь. В общем-то, она никого не ждала, но того, кто оказался за дверью, она ожидала увидеть в последнюю очередь.
- Эмма?
- Привет, - высокая блондинка нерешительно потопталась на пороге, не спеша входить, впрочем, Мег и не торопилась ее пропускать. Особенно учитывая наличие обнаженного мужчины в ее гостинной.
- Здравствуй... Ты что-то хотела? - девушка чувствовала себя немного скованно при такой неожиданной встрече с бывшей пассией и, честно говоря, сама не знала, что хочет больше - чтобы Эмма ушла или осталась.
- Я... Я подумала, может у нас еще не все потерянно? И можно было бы попробовать еще раз. Ты могла бы дать мне второй шанс... - блондинка вскинула на художницу взгляд, полный надежды и вины, но столкнулась со злым прищуром карих глаз.
- Второй шанс? Он у тебя был. Второй, третий, десятый... Вспомни, как я умоляла тебя остаться, как все прощала тебе, - вопреки собственным ожиданиям, встреча с бывшей вызвала не прилив нежных чувств и воспоминаний, а скорее раздражение и затаенную обиду.
Приди Эмма месяц назад, все могло бы быть по-другому. Но сейчас... Наверное, уже слишком поздно. Более того, захотелось как-то реабилитироваться в собственных глазах, уколоть обидчика, кинуть в него чем-то таким, что и самого тогда больно задело.
- К тому же, у меня уже есть кое-кто. Мужчина, - Мег мило улыбнулась, с вызовом посмотрев на девушку. Та ответила недоуменным взглядом.
- Брось, Мег. Ты ведь говоришь это назло. Я ведь почти поверила, но... Мужчина? - Эмма рассмеялась, нарочито наигранно, всем своим видом выражая "полно тебе заливать". - Ты же на дух их не переносишь.
- Ну, в таком случае, на моем диване сейчас сидит Рождественнский эльф, - Мег усмехнулась, отступая в сторону и тем самым приглашая Эмму самой пройти и убедиться в ее словах.
В общем-то, Рай и не сомневалась, что экс-подруга воспользуется приглашением, как и не сомневалась в ее реакции. Едва в поле зрения блондинки попала обнаженная фигура Майкла, как выражение ее лица с насмешливо-неверующего сменилось на каменно-надменное.
- Вот оно что, - процедила она сквозь зубы. - А ты времени зря не теряешь. Удачи вам, голубки!
И не слова больше не говоря, выскочила за дверь, оставив после себя только шлейф дорогих французских духов.
***
- Звезды, свечи, багровые шелковые покрывала… Кто из нас романтик? Я думаю…
Что еще думает натурщик по этому поводу так и осталось за кадром.
Майкл прекрасно слышал каждое слово из прихожей.
Открытием стали собственные эмоции. Неприятным открытием.
Разочарование, обида на задворках.
Жгучее, совершенно стервозное и неуместное желание выйти в таком вот виде с милой, невиннейшей улыбкой «Милая, ты скоро, ванна стынет?». Не мог, не имел права. Зачем она пришла сейчас, когда у Мэг все в общем то неплохо и его стараниями в том числе? Нет, отношения доктор-пациент закончились примерно тогда, когда они вышли из кабинета. Просто.. Парню хотелось, чтобы она улыбалась. А теперь она снова будет с Эммой. Это было чертовски обидно и.. не хотелось ее терять? Не хотелось, чтобы она была с кем-то.. другим?
Конечно же Мэг сейчас скажет да. И за кадром останется и сам док. Привычное в таких ситуациях «Ну. Ладно. Найду с кем утешиться» не пришло. А вот не хотелось утешаться. Было с кем. Джейн – кажется ее звали – хорошенькая девушка из кофейни и еще одна рыженькая Хлоя.. Не хотелось.
Взялся за штаны, намереваясь вежливо откланяться. Уже прикинул, что надо бы встретиться с Росси. Или – чем черт не шутит – Стиви что ли позвонить? Мысленно поморщился. Что за детский сад, глупая вредность, хуже то кому будет от этого? Вот тебе и психоаналитик. Архитектор чужих душ, тоже мне. Сам не заметил, банальную ревность не узнал.
- К тому же, у меня уже есть кое-кто. Мужчина.
Ослышался?
Отложил штаны. Личный интерес настойчиво диктовал одно, мораль - другое. А вы бы что выбрали?
Вот и Майкл растянулся на животе в самой томной позе сытого кота.
Чуть поднял бровь удивленно, встретившись с блондинкой взглядом.
Звук захлопнувшейся двери казался Майклу прекрасней, чем все этюды Паганини вместе взятые.
Но все-таки больше его другой вопрос интересовал.
Молча натянул штаны, подошел к девушке. Расстроена. Дотронулся до плеча.
- Мэг, - негромко произнес он, - Зачем так сделала?
***
Едва дверь за Эммой захлопнулась, с лица Мег сползла ехидная улыбка, и она устало опустила плечи. Месть, пусть и такая незначительная, не принесла удовлетворения. На душе было гадко, тяжело, и снова из глубины поднималась сосущая тоска, казалось уничтоженная за это время. Разве она сделала что-то предосудительное? Предала кого-то? Обманула? Да, обман имел место быть, но ведь эта маленькая ложь не принесла никому никакого вреда. Почему же тогда так хреново-то?
Девушка повела плечом, почувствовав мягкое прикосновение и улыбнулась немного натянуто. Очень трудно делать вид, что все хорошо перед человеком, который видит тебя насквозь.
- Ты ведь сам говорил - отпусти, живи своей жизнью. На самом деле, соблазн был - дать ей второй шанс... Но я ведь знаю, что ничего бы не изменилось, и потом было бы только хуже. Мне бы снова пришлось ходить на твои сеансы психотерапии, - Мег улыбнулась уже более искренне, подняв на Майкла немного виноватый взгляд.
- Прости, что втянула тебя в разборки и... использовала в своих целях. Пришлось пойти на крайние меры. Как сказал один очень близкий мне человек, "ампутация лучше, чем гангрена".
Мег тряхнула головой, словно отгоняя от себя тоску-печаль и беззаботно (по крайней мере, она надеялась, что это выглядит именно так) предложила:
- Слушай, а пошли куда-нибудь оторвемся? Все равно рисовать сегодня уже настроя нет, да и момент упущен, - она кинула взгляд в окно, на рано уходящее зимой солнце.
- Оторвемся по-полной! Напьемся, снимем девчонок и будем зажигать на танцполе, - легкий смех призван был показать, что Мег уже забила на неприятный инцедент и готова дальше продолжать наслаждаться жизнью, хоть внутри и чувствовался остаточный дискомфорт.
Ей, действительно, необходимо было развеяться, окончательно поставить жирную точку в отношениях с Эммой и начать жить с чистого листа. И то, что в этот момент с ней будет именно Майкл, ее почему-то несказано радовало. С ним было так спокойно и уютно. И не потому, что он психотерапевт, просто... потому что он ее понимал.
- Все, иди одевайся, Адонис. Через 10 минут - на лестничной площадке, - Мег шутливо хлопнула натурщика по заду и направилась в комнату переодеваться, привычным жестом стаскивая по пути испачканную в краске майку.
***
- Эй, девочки, еще по одной?
Майкл проталкивался сквозь толпу с целым подносом в руках. Ну неинтересно ему было по-человечески ждать заказа или хотя бы у стойки культурно пить. Девочки были не против еще одной. И двух, и вообще нескольких. Особенно Мэг. Похоже, с мартини она явно перестаралась. Девочек они действительно «сняли», двух блондинок. Только вот – незадача, Майкл никак не мог вспомнить, как их зовут. Но, впрочем, это было не слишком важно. Перекрикивая музыку, одна из них что-то мило щебетала ему на ухо. А потом потянула танцевать. Смеясь, Майкл оглянулся через плечо на соседку и все же пошел. Было весело, а веселиться Майкл умел и всегда делал это с удовольствием.
Но он все равно нет-нет поглядывал за Мэг – беспокоился. Это было не слишком искреннее, по сути даже истеричное веселье.
Ампутация то она ампутацией.
Но это не значит, что место пореза надо прижигать.
Жесткая такая дезинфекция.
Ложь всегда ранит – только чаще обоих.
Просто когда пытаешься делать больно другому, тому, кто важен, не замечаешь, что обжигаешься и сам.
Говорить об этом было не нужно. Учить жизни вообще дурное и неблагодарное занятие. Да и поздно. Она все равно уже сделала это.
И теперь вместо самоедства выбрала иной путь – делать вид, что все прекрасно и идет по плану до тех пор, пока сама в это не поверит.
Это ее выбор.
Если ты назвался другом, то сейчас говорить о том, что правильно, а что зря было не самым лучшим решением. Сейчас Мэг нужно было, чтобы он был рядом. И помог создать иллюзию того, что все прекрасно. Ну что же, почему бы и нет.
И тогда они пошли в бар. А потом в еще один.
Надрались изрядно.
Потом поехали в Амнезию. Или это Грин хаус? Кажется, Джулиет?
А впрочем, это тоже было неважно.
***
Лазерные вспышки и неоновые огни клуба, громкая ритмичная музыка, отдающаяся битами в самом сердце, алкоголь, смех, приятная компания - Меган словно очутилась в другом мире, таком отличном от ее размеренной повседневной жизни. Словно с головой окунаясь в этот омут веселья, свободы и полного раскрепощения. Сейчас ей это было необходимо - забыться, оторваться от тянущих ее назад в прошлое нитей, доказать - кому? себе самой? - что она полностью свободна от всего и всех, независима и абсолютно счастлива.
И n-ный бокал мартини - или что там было - прекрасно справлялся с этой задачей, внушая девушке иллюзию искусственного счастья. Да, возможно, это было неестественно, наиграно и чересчур показушно. Но другого способа Мег придумать не смогла. Алкоголь расслаблял, отгонял на задний план ненужные мысли, создавая в голове приятный туман. И то, что она была сейчас не одна - тоже имело свой эффект. И речь не о двух симпатичных блондинках, что с радостью составили им с Майклом компанию. Речь о самом Майкле. Девушка еще раз убедилась, насколько он верный и понимающий друг. Он ни слова не сказал против, не читал морали, не играл в доктора. Он просто поддержал ее решение, каким бы оно ни было и как бы он к этому не относился, и подставил дружеское плечо. Вернее, еще один бокал мартини.
Как-то естественным путем они разбились на пары, и Майкл со своей блондинкой удрал танцевать, в то время как вторая - кажется ее звали Моника - продолжала строить глазки Мег, ослепительно улыбаясь и кокетливо посмеиваясь над ее шутками. Она была вполне во вкусе художницы и чем-то отдаленно напоминала ей Эмму, но чем дольше они оставались вдвоем, тем чаще Мег поворачивала голову в сторону веселящегося на танцполе соседа. Странное чувство собственничества и - ревности? - неприятно кололо внутри и неминуемо начинало портить с таким трудом обретенное настроение. Нет, она не претендовала на Майкла как, скажем, на пару и не имела на него каких-либо личных интересов. Просто на минуту ей показалось, что их изначально совместный вечер так и закончится порознь. Он уйдет с так самозабвенно виснувшей у него на шее девушкой, и Мег снова останется одна. Нет, конечно, она могла бы сделать тоже самое с Моникой, но фишка в том, что Мег ее не хотела. Она хотела провести этот вечер именно с Майклом.
Рай даже не задумывалась о том, что собственно хочет сам парень - какие у него планы на вечер вообще и на блондинку в частности - резонно полагая, что раз они пришли вместе, то и уйти должны вместе. Какое-то стервозное и эгоистичное желание продемонстрировать блондинкам, что док этим вечером только ее, подтолкнул Мег выдернуть Майкла из толпы танцующих, прошептав на ухо, а точнее прокричав из-за громкой музыки.
- Давай сбежим? Они мне надоели, - лукавый блеск в глазах, и вот она уже тащит его к выходу, продираясь сквозь толпу веселящихся, беснующихся в пьяном - и не только - угаре людей.
Заказ давно оплачен, так что единственное, что потеряют блондинки - хорошую компанию. Впрочем, вряд ли они будут долго скучать в одиночестве. А потом был еще один клуб, еще мартини, еще смех, танцы, сигареты, безумная музыка - все смешалось в ярком калейдоскопе впечатлений. Предрассветный сумрак, такси, снова сигареты, смех, опьяняющая близость, поцелуи...